Династия Нобель

30 ноября 2018

Чугунно - медно - сталелитейный и котельный заводь „Людвигъ Нобель" основан 1 октября 1862 года Людвигом Эмануиловичем Нобелем.

Отец основателя завода, Эмануил Эмануилович, родился в Швеции, в г. Гевле, 24 марта 1801 года. Он получил образование в классической гимназии и затем, по обычаю того времени, был отправлен отцом в большое морское путешествие. Скучное изучение схоластики и латинского языка было не по душе способному юноше с несомненным талантом техника, зато путешествие в чужеземные края было встречено им с восторгом. Проработав некоторое время в Египте в качестве архитектора, он возвратился в Швецию в свой родной город и, когда тогдашний шведский король, Карл XIV, посетил жившего в Гевле маршала Бернадотта, молодой архитектор, только что вернувшийся из Египта, по поручению города, соорудил в честь короля триумфальную арку. Работа 18-летнего юноши, не получившего специального образования, обратила на себя внимание архитекторов-специалистов, которые настояли на том, чтобы он изучил архитектуру в Стокгольмской Академии Искусств. 

 

В качестве сотрудника знаменитого профессора Блома, он построил целый ряд прекрасных зданий в различных городах Швеции. В 1827 году, при содействии Эмануила Эмануиловича, в Стокгольме был открыть технологический институт, куда он и был приглашен профессором по начертательной геометрии и машиностроению. В этот период времени им был сделан ряд весьма интересных изобретений в различных отраслях техники. С наибольшей любовью Эмануил Эмануилович занимался вопросом о взрывчатых веществах, и после ряда опытов ему удалось изобрести подводную мину, для демонстрации которой он в 1837 году, по приглашению барона Гартмана, приехал в С.-Петербург. В присутствии Великого Князя Михаила Павловича он блестяще взорвал своей миной представленное в его распоряжение старое судно. В виду столь удачных результатов, русское правительство предложило Эмануилу Эмануиловичу 25.000 рублей за изобретение с тем, чтобы он остался в стране и устроил специальный завод для изготовления мин.

Испытание мин.

Э. Э. Нобель

                                                                                     

В 1842 году Эмануил Эмануилович с семьей переселился в Петербург и здесь совместно с генералом Огаревыми устроил небольшой механический завод, на котором, между прочим, были отлиты пушки-памятники, и поныне стоящие у Главного Артиллерийского Управления близ Литейного моста. Завод вскоре оказался малым, и в 1846 году Эмануил Эмануилович соорудил на Петербургской стороне другой завод, по размерам значительно больший предыдущего. Здесь, кроме мин, изготовлялись металлические конструкции, станки, паровые машины, изобретенное Эмануилом Эмануиловичем центральное водяное отопление и проч. К числу крупных работ завода следует также отнести оборудование машинами и станками строившихся тогда Кронштадтских мастерских, изготовление металлических решеток и оконных рам Казанского собора и пр.

В 1853 году вспыхнула Турецкая война, и когда к Турции присоединились Англия и Франция, как противники России, то оказалось необходимым защитить Петербург от ожидавшегося нападения союзного флота. Эмануилу Эмануиловичу было поручено произвести минное заграждение Кронштадтской и Свеаборгской крепостей, и он вместе со своим старшим сыном Робертом блестяще выполнил эту трудную задачу. Минное заграждение, состоявшее из тонких железных сосудов, наполненных пироксилином, навело страх на неприятеля. Одна из мин была выловлена английским судном для осмотра, при этом она взорвалась и убила одного человека; спустя некоторое время русское судно, беспечно проходя минное заграждение, наскочило на мину, было взорвано и затонуло. Этих случаев было достаточно для того, чтобы удержать появившийся в Балтийских водах в мае 1855 года союзный флот вдали от Петербурга и Кронштадта. На второй год Крымской войны заводу была поручена постройка механизмов для двухбатарейных линейных кораблей: „Ретвизан", „Вола" и „Гангут". Русский флот в то время состоял преимущественно из парусных судов, имея в составе всего несколько колесных паровых. Между тем, за границей уже в начале 40-х годов военные суда делались винтовыми, и поэтому русское правительство решило свои суда снабдить также винтовыми механизмами. Эта спешная работа была передана заводу Эмануила Нобеля. Несмотря на новизну работы, на отсутствие подготовленного рабочего персонала и технических сил, задача была выполнена успешно благодаря энергии и настойчивости владельца завода и его сыновей. Еще до окончания постройки этих механизмов русское правительство решило спешно создать большой паровой флот и поручило громадное дело постройки 100 канонерских лодок, 14 корветов и 6 клиперов известному тогда деятелю H. И. Путилову, который обратился за сотрудничеством к Эмануилу Эмануиловичу. В первый же год работы последним изготовлены механизмы для корветов „Вол", „Волк" и „Вепрь".

В это время завод находился в самом блестящем состоянии: он насчитывал свыше 1.000 рабочих, и дальнейшее его процветание казалось обеспеченным: он мог бы, продолжая в том же направлении свою деятельность, стать европейски известным заводом. Но с окончанием Крымской кампании положение вещей круто изменилось: по подписании Парижского мира, русское правительство все заказы передало заграничным заводам. Завод Эмануила Нобеля сразу был поставлен в затруднительное положение — его оборудование было специально приспособлено для морских заказов, от которых почти исключительно зависело его существование. Чтобы спасти завод, Эмануил Эмануилович перешел к частному судостроению, сконструировал и построил около 50 пароходов для Общества „Кавказ и Меркурий", „Самолет" и других, соорудили маленький пароходик, которым положили начало пароходному сообщению между Петербургом и островами и Шлиссельбургом. Вскоре оказалось, что эта новая деятельность не могла удержать завод от разорения — он был чересчур велик, чтобы существовать только частными заказами, и Эмануил Эмануилович был вынужден объявить себя несостоятельными. Кредиторы просили второго из его сыновей, Людвига, продолжать дело отца; проработав, около двух лет, Людвиг Эмануилович понял, что спасти завод невозможно, оставил его и в дальнейшем устроил собственное дело.

Таким образом Эмануил Эмануилович, проработав, 22 года в России, затратив массу денег на оборудование завода и потеряв на нем все свое состояние, в 1859 году возвращается обратно в Швецию с своими сыновьями: Робертом, Альфредом и Эмилем, оставив в Петербурге Людвига. Здесь он снова отдается своему любимому занятию - изучению взрывчатых веществ. После долгих трудов ему удалось найти в Париже деньги и он основывает в Геленборге, близь Стокгольма, нитроглицериновый завод. Нитроглицерин, изобретенный в 1847 году итальянским химиком Собреро, представляет из себя жидкость и отличается тем, что при прикосновении с пламенем он не взрывает, а просто горит, в то время как при сильных ударах или толчках производит ужаснейший взрыв. В таком виде, разумеется, нитроглицерин, не мог служить для технических и строительных целей, и задача Эмануила Эмануиловича и его сыновей состояла в изыскании спо-собов, с помощью которых можно было бы удобно управлять моментом взрыва. После ряда опытов им удалось достичь цели, наливая нитроглицерин в капсулу с гремучим серебром, первоначальный взрыв которого давал толчок, необходимый для взрыва нитроглицерина. В таком виде нитроглицерин стал уже получать громадное распространение, как вдруг 3 сентября 1864 года произошел ужасный взрыв на самом заводе, и весь завод взлетел на воздух. Жертвой этого взрыва был младший сын Эмануила Эмануиловича Эмиль. Это несчастье произвело столь сильное впечатление на Эмануила Эмануиловича, что он серьезно заболел и не мог оправиться от своей болезни. В 1872 году, как раз в день восьмой годовщины катастрофы, Эмануил Эмануилович скончался. Дважды претерпел он превратности судьбы, дважды был очень богат, и умер, не оставив сыновьями никакого состояния; взамен преходящего богатства, он воспитал их в уважении и любви к труду и оставил в наследство свой пытливый ум и дух постоянного искания новых форм.

Продолжателем исканий отца в области взрывчатых веществ был Альфред Эмануилович. Он родился 21 октября 1833 года, был учеником знаменитого русского академика Зимина и работал в молодости во многих заграничных лабораториях, между прочим, у профессора Пелузе в Париже, где и ознакомился с нитроглицерином. Ужасная катастрофа в Геленборге и несколько других, происшедших при перевозке нитроглицерина, послужила причиной того, что многие правительства запретили не только изготовление нитроглицерина, но и провоз его по своим территориям. Однако, настойчивость и энергия, с одной стороны, и крайняя нужда во взрывчатых веществах, с другой, все же помогли Альфреду Эмануиловичу, и ему удалось с помощью друзей и капиталистов соорудить завод в Винтервикене, близ Стокгольма, и другой в Крюммелле, близ Гамбурга.

Альфред Эмануилович всю свою энергию и изобретательность направил на то, чтобы найти способ получения нитроглицерина в твердом виде. Случай помог ему: в 1866 году в лаборатории Крюммельской фабрики вследствие неплотности чана нитроглицерин вытек на деревянные сухие опилки, которые служили для упаковки нитроглицериновых сосудов. Альфред Эмануилович обратил внимание на то обстоятельство, что опилки впитали в себя нитроглицерин. Для определения наиболее подходящего впитывающего нитроглицерин вещества, он немедленно произвел ряд испытаний и нашел, что наиболее подходящим материалом является кальционированный кизильгур, жадно впитывающий в себя нитроглицерин и дающий массу с громадной взрывчатой силой. Так появился динамит, получивший широкое применение не только в военном, но и в строительном и горном деле. Дальнейшими изобретениями Альфреда Эмануиловича в этой области являются „гремучий студень" и бездымный порох, получивший громадное и повсеместное распространение: благодаря применению гремучего студня при прорытии Сан-Готтардского туннеля, работы обошлись на 20 миллионов франков дешевле предположенного и были закончены на 3 года ранее. Этими изобретениями далеко не исчерпывается деятельность Альфреда Эмануиловича—он получил по меньшей мере 85 патентов на различные изобретения, среди коих интересны: искусственный шелк, искусственная гуттаперча, кожа, газовый двигатель и проч. и проч.

Имя Альфреда Эмануиловича Нобеля, как знаменитого изобретателя динамита и бездымного пороха, было повсеместно известно: оно прогремело на весь мир в день смерти его, 7 декабря 1896 года, когда стало известно завещание, навеки запечатлевшее имя Альфреда Нобеля на страницах мировой истории. Все свое огромное состояние в 50 миллионов франков он распорядился перевести в обез-печенные бумаги с тем, чтобы из процентов ежегодно выдаваемы были пять премий за труды, оказавшие наибольшие услуги человечеству.

Роберт Эмануилович Нобель родился 4 августа 1829 года. Он помогал отцу своему в его работах по минному делу в России и вместе с ним переселился обратно в Швецию, где принимал участие в работах по устройству нитроглицеринового завода; через несколько лет он переехал в Финляндию, где и основал собственный завод нитроглицерина. Вскоре изготовление этого вещества было запрещено Финляндским сенатом, тогда он снова вернулся в Швецию, где работал на заводах отца и брата. В 1870 году, по приглашению брата Людвига, он переселяется в Петербург, чтобы принять участие в делах завода. Как раз в это время заводу понадобилось ореховое дерево для ложей ружей и, в поисках за ним, Роберт Эмануилович отправляется на Кавказ. Здесь он остановил свое внимание на нефти, добыча которой в то время носила случайный и весьма несовершенный характера. По возвращению в Петербург Роберт Эмануилович с увлечением рассказал своему брату про все то, что он видел в Баку, и убедил его заняться нефтяным делом. Получив согласие брата, Роберт Эмануилович вернулся на Кавказ, приобрел нефтяные участки, на которых начал бурение, затем откупил у Тифлисского Общества в Черном Городе небольшой завод, который им был перестроен применительно к улучшениям техники нефтеобрабатывающей промышленности. С 1876 года, после поездки в Баку Людвига Эмануиловича, нефтяное дело двух братьев Нобель значительно расширяется.

Роберт Эмануилович, однако, не долго работал в созданном им деле: в 1880 году вследствие серьезной болезни он принужден был удалиться от дел и вернуться в Швецию, где и провел последние годы своей жизни.